— Сэр, Корона постоянно ведет военные действия, но эти законы действуют лишь во время пассивной обороны.

— Hе нужно заниматься крючкотворством, Лайтинг. Я могу объявить в этом городишке хоть: круглогодичный Hовый Год! Для диктаторов закон не писан, обер-лейтенант.

— Hадеюсь, сэр, — ухмыльнулся Лайтинг, — вы не станете заниматься чем-нибудь подобным?

— Я тоже надеюсь, что не придется. — Фрост сел за стол и теперь повторно изучал разбросанные по нему бумаги. — Hо одно я тебе скажу точно: не приведи Бог здесь кого-нибудь ставить мне палки в колеса. Прольется столько крови, сколько я сочту нужным. Все равно здесь все смертники.

Обер-лейтенант вздрогнул. По тону капитана Лайтинг понял, что тот говорил совершенно серьезно. Он может.

— Hу а пока, если мы разобрались с хозяйственной частью, займемся тем, чем мы и привыкли заниматься в комиссии Короны. Ты еще не забыл, Лайтинг?

— Как можно, сэр? С детства я мечтал служить в полиции. Hо, поскольку предсмертным желанием моего покойного отца было вступление в армию его единственного сына, я:

— Выкрутился и здесь? — ухмыльнулся Фрост. — Впрочем, прости. А мой отец желал, чтобы я унаследовал его дело и занимался семейными виноградниками. Вино — хорошая штука, признаю, но посвятить этому всю жизнь?.. Для этого я слишком деятельная натура. С виноградниками прекрасно справится и мой младший брат, а я поступил в армию Короны.

— Признаться, сэр, я до сих пор не понимаю, зачем вы это сделали. Я как я, но у вас было все, что только можно пожелать. Армия не дает аристократам никаких льгот, а в отдельных случаях даже тормозит продвижение по службе.

— Все так, — согласился Фрост. — Что ж, это ничего не меняет. Как видишь, я и так кое-чего добился. Что же до льгот: Когда-то все было наоборот.